Меню сайта
Линии

 

Своё эффектное имя будущая столица Греции получила в результате спора богов.

Кекропс, рожденный Геей, полузмей и героический основатель Аттики, устроил соревнование между Афиной и Посейдоном: кто сделает царю лучший подарок, тот и станет покровителем города.

Сначала выступил Посейдон — владыка моря ударил по скале своим трезубцем, и из камней забил источник. Летом в Афинах действительно жарко и всё время хочется пить, однако вода Посейдона «санитарный контроль» не прошла, оказавшись соленой. А вот подношением богини мудрости — плодоносным оливковым деревцем — по-гречески практичный Кекропс был впечатлён.

Поселение, вверенное Афине, располагалось на берегу Эгейского моря, в живописной долине.

Невысокие горы вокруг обеспечивали жителям Афин защиту с суши, а некоторая отдалённость города от побережья предохраняла его от нападений с моря.

В образованной холмами чаше росли смоковницы, финиковые пальмы, фисташки, ладанник и мирт — благоухан­ные растения с древнегрече­ских фресок, изображающих праздную жизнь счастливчи­ков, которым повезло родиться в земном раю.

Но сегодня греческой сто­лице не до мирта: в дни забастовок коммунальщиков его не всегда заметишь за горами мусора. Когда же все пошло не так?

В 2009 году новое правитель­ство Греции, назначенное в результате досрочных выборов, объявило, что государ­ственный долг страны превысил 300 миллиардов евро, а дефицит бюджета составляет 12,5 процентов ВВП — почти в два раза больше, чем заявлялось ранее.

После таких новостей суверенный кредитный рейтинг Греции рухнул, а иностранные инвестиции спешно перетекли в другие места. Оказавшись на грани краха, греческая экономика потребовала огромных финансовых вливаний, и тогда правительство получило самые большие в истории страны займы.

Но кредиторы поставили Грецию в жесткие рамки: пришлось сократить расходы, урезать пенсии и социальные выплаты, повысить налоги. Средний уровень безработицы взлетел до рекордных 27%, а в Афинах работы лишились почти две трети населения. На сегодняшний день самый сложный период позади, но разочарование и моральная усталость всё ещё витают в густом и знойном воздухе Афин — вместе с ароматами перезрелого инжира и местного вина асиртико.

Афинская городская агломерация — 412 кв. км, на которых расположены Большие Афины и Большой Пирей с его крупнейшим в Европе пассажирским портом. Здесь проживают более трёх миллионов человек (почти треть населения Греции).

За воздухом, к слову, нужно подняться на Ликавитос — зеленый холм в самом центре Афин. На его пологих склонах красивыми террасами раскинулся район Колонаки. Здесь находятся особняки богатых, преуспевающих греков, по каким-то причинам не пожелавших уехать из города на виллы в северных или приморских предместьях.

На холме действительно дышится легко, как в греческой провинции: морской бриз охлаждает старый камень Колонаки и путается в его оливах, согнувшихся под весом никому не нужных ягод.

Самое важное место Коло­наки — одноименная площадь, где бурлит местная обществен­ная жизнь. Выкипая, она пере­ливается за край на четыре ближайшие улицы — куцую, но энергичную Милиони, Скуфу, Цакалоф и Анагнастопулу.

Афины, Греция

На углу Цакалоф и площади Колонаки работает самое знаменитое кафе района «Перос»: днем здесь за стопкой узо, местного анисового бренди, сидят политики и менеджеры окрестных офисов, закованные в пиджаки, вечером — нарядная молодежь, клиенты и владельцы окрестных бутиков. Для качественно подогретых, политизирован­ных разговоров нет места лучше, чем «Перос».

А говорить есть о чем: половина модных магазинов в Колонаки, когда-то популярном у любителей «GUCCI» и «PRADA», пустует. Пожилым буржуа пришлось переехать к родственникам в провинцию, молодежь ищет лучшей доли в деревне, где можно держать кур и выращивать собственные огурцы. Население Афин сокращается, едва ли не четверть квартир в Колонаки свободны. Да, район по-прежнему престижный: все галеристы и клубные промоутеры хотят быть здесь. Но каков срок годности у местного бизнеса? Экономика страны переживает системный кризис, и красивый плющ ползет по стенам, которые давно нуждаются в ремонте.

Улица Скуфа, переходящая в Наварину, ведёт из Колонаки в Экзархию — центр афинских «леваков», богемно-сту­денческий район, где можно очень дешево поесть, послушать альтернативную музыку и поглазеть на стрит-арт.

Колонаки и Экзархия искренне друг друга презирают — в Афинах не найдётся двух более непохожих мест, хоть оба и пустили корни в холм Ликавитос. Чёткой границы между двумя районами нет. Местные обычно говорят: «Видите граффити? Много? Тогда вы уже в Экзархии».

Граффити с социальным посылом — главная достопримечательность района Экзархия.

В 1973 году здесь произошло знаменательное событие — студенты Политехнического института восстали против военной диктатуры так называемых «чёрных полковников». Дома на улицах, прилегающих к афинскому Политехниону, сплошь исписаны анархическими лозунгами — старыми и свежими: «Долой военных», «Нет интернету», «Борись с системой». Группы полицейских в бронежиле­тах и с метровыми дубинками все еще дежурят возле кафе и баров на улице Александроса Григоропулоса — той, что носит имя 15-летнего подростка, убитого полицейским при разгоне драки 6 декабря 2008 года.

Но именно в Экзархии, как ни странно, начали пробиваться первые ростки новых коммерческих проектов. Мария Принтезис, совладелица винного ресторана Giantes, охотно делится историей своего бизнеса: «Причин, по которым я выбрала Экзархию, две — грошовая аренда и приятные люди. Здесь живут настоящие афиняне, которым небезразлична судьба родного города. Я сама коренная афинянка и, хоть родилась в Колонаки, знаю, что если Афины и поднимутся с колен, то с Экзархии. Ну и потом, рядом наш холм».

«Наш холм» — это Ликавитос. Только забравшись сюда, на высоту 278 метров, можно получить реальное представление о том, какой же это колосс — Афины. Границ города с холма не видно: вечером море огней простирается до самого горизонта.

С холма Ликавитос, самой высокой точки Афин, открывается потрясающий вид на столицу Греции. 

ЛИКАВИТОС переглядыва­ется с другой, не менее славной афинской возвышенностью Филопаппу, или Холмом муз. Филопаппу — полудикий парк с соснами, оливами, кроликами и летучими мышами, огромная пешеходная зона в самом центре Афин, отведенная под отдых горожан и их живности. Это великий, не хуже греческого анисового бренди узо, классовый уравнитель: солнце здесь светит всем без исключения, а свежая трава одинаково пружинит под подошвами хоть итальянских мокасин, хоть китайских кроссовок.

Городские девелоперы сколько уже десятков лет зарятся на этот лакомый кусок земли, омытый свежим, травянистым воздухом, но муни­ципалитет не поступается ни одним квадратным сантиметром — и это очень важный и трогательный момент в отношениях города и его жителей. На холме нет ресторанов, асфальтированных дорог и ночного освещения, но именно Филопаппу хранит главный секрет Афин — невероятный вид на афинский Акрополь, лучший в городе.

Из-за этого вида, впрочем, Акрополь и пострадал: как раз отсюда по приказу венецианского военачальника Фран­ческо Морозини в 1687 году стреляли из пушек по драго­ценному Парфенону, где в то время находился пороховой склад турок.

Если спуститься с Фило­паппу на востоке, можно практически с разбегу шагнуть в Национальный сад — вели­колепный парк, разбитый в 1838 году по распоряжению Амалии, первой королевы Греции. В южной части сада стоит дворец Заппейон, но его заказчиком была уже не королевская семья, а греческие «новые деньги» — братья Заппас, чьи статуи установлены при входе в здание.

Рядом с Заппейоном благоухают летней спелостью ман­дариновые деревья; украдкой тянешься за плодом, но внутри он наполнен беловатой трухой — красивый и бесполезный. И тут от желтой стены дворца отделяется смотритель в опрятной светлой форме. Его зовут Карпос, что в переводе с греческого — только не смейтесь — означает «фрукт». Но вместо того чтобы отчитать нарушительницу за порчу гос.имущества, Карпос показывает, как отличить хороший мандарин от полого: по зеленому крапу на шкурке.

На самом деле афиняне все такие — гостеприимные, участливые. Их врожденное радушие со временем превратилась в проксению — государствен­ную обязанность, ставшую основой современной дипломатии. Придя в чужой город, афинянин привычно обращался к проксену, представителю Афин в другом полисе: тот пре­доставлял землякам жилье, ссужал деньгами, приглашал на обед, если в кошельке у приезжего было пусто.

Это очень типично для жителей Афин. Так уж повелось испокон веков: ты знаешь чьего-то дядюшку, чей-то дядюшка знает тебя, вы всегда поможете друг другу. Мы же люди, а не какие-нибудь волки.

В Афинах вера в человече­ские отношения гораздо важнее веры в государственные институты, так часто подводившие собственных граждан.

Хотя греки и живут в мягком средиземноморском климате, они не собирают богатых урожаев круглый год. Всеобщему благоденствию пре­пятствует рельеф — обилие холмов и, как результат, недостаток плодородных земель. Лето дождями не балует, а реки периодически пересыхают, поэтому основная часть сельскохозяй­ственных культур здесь всегда выращивалась зимой — несмо­тря на снег, периодически выпадавший в этих местах.

Главными продуктами на столе древних греков были хлеб, вино и оливковое масло; с тех пор, впрочем, мало что изменилось. В ресторанах эта троица появляется на столе первой — даже если вы не заказали вино, вам, скорее всего, принесут кувшин домашнего. И конечно, не забудут включить в счет. Все лучшие рестораны Афин обосновались в Плаке, старом, хорошо обжитом районе в центре. Здесь нет великих памятников, трижды обогнутых очередью за дорогими билетами, зато и бетонные многоэтажки не встретишь. Кривые улицы Плаки невероятно узки — раньше, прежде чем выйти со двора, хозяин здешнего дома стучал кулаком в дверь, чтобы, распахнув ее, случайно не прибить прохожего.

В 1950-1960-е годы массовая застройка Афин практически уничтожила прелестный неоклассический двухэтажный город, как потоки лавы — Пом­пеи; иногда красота — цена, которую растущий организм мегаполиса вынужден заплатить за удобную инфраструк­туру. Но только не в случае Афин.

Полвека город рос вверх, выкипая цементом из чаши между горами и морем и сохраняя при этом древнюю ширину улиц — такую, чтобы однолошадная повозка не притерла к стене зазевав­шегося пешехода. В результате друг к другу день и ночь притираются машины, так что стояние в пробках — ежедневное времяпровождение афинян.

С другой стороны, «худоба» идет Плаке: здесь все еще сохранились красивые кварталы середины XIX века, в большинстве своем хорошо отреставрированные. На улицах района плотно теснятся магазинчики с нечитае­мыми вывесками, лавки пряностей, заявляющие о себе за сто метров, кондитерские и винные погреба, вдоль которых резво шныряют тележки с семечками, орехами и сырными косичками.

Пройти Плаку и не набить карманы всякой всячиной, которая имеет свойство бойко прыгать в рот без посторонней помощи, — серьезное испытание на прочность.

Большая часть того, что продается в Плаке и соседнем Псири, местного произ­водства: в музыкальных лавках предлагают артхаусный греческий рок типа Aphrodite’s Child и обширное наследие Вангелиса, чайные специа­лизируются на сушеных травах, собранных в горах вокруг Афин, а в сувенирных магазинах нахваливают греческие благовония для домашних иконостасов.

Никакого эмбарго на импортные продукты нет, просто греки научились любить свое.

Греков отрезвил экономический кризис. Они поняли, что никакие они не европейцы — они греки, и кроме своего, греческого, у них ничего нет. Кто-то воспринял санкции и контроль Евросоюза как удар по самолюбию, другие — наоборот, как повод вернуться к своим корням, к настоящей Греции.

Когда в 1981 году Греция присоединилась к Европей­скому экономическому сообществу и стала частью «большого европейского дома», страна, истощенная бесконечными конфликтами с историческим врагом — Турцией, вздохнула с облегчением. Афины захлестнуло волной оптимизма — и иностранных денег.

Сегодня столице Греции терять нечего, но городом, по признанию местных жителей, владеют похожие настроения. Из-за нехватки муниципаль­ных сборщиков мусора, которые не первый год борются за долгосрочные контракты, баки с отходами, бывает, переполняются даже в престижном Колонаки — но тогда афиняне берут перчатки и мешки и расчищают завалы сами.

Государственную помощь фермерам, благодаря которым весь мир наслаждается знаменитым греческим йогуртом, сворачивают — но фермеры самостоятельно собираются в кооперативы и живут совместными хозяйствами.

Основу греческой кухни составляют лучшие продукты Средиземноморья: помидоры, йогурт, фета, сардины и зелень — всё щедро заправленное оливковым маслом и лимонным соком. 

Афиняне сами постригают живые изгороди в парках, вешают таблички на ветхие стены исторических домов и ухаживают за старыми оливами на площадях Экзархии.

Но граффити не закрашивают: нужно помнить свою историю.

Вот некоторые даты:

XIII век до нашей эры — артефакты, найденные на раскопках Акрополя, датируются четвёртым тысячелетием до нашей эры, но политическим и культурным центром Афины становятся именно во времена микенского периода. В 594 году д.н.э. Афины получают конституцию, народное собрание и верховный суд благодаря реформам Солона. Затем к власти приходит тиран Писистрат, при котором на Акрополе воздвигают первые храмы. При Фемистокле афиняне строят порт Пирей и Афины начинают властвовать на море.

V век до нашей эры — при Перикле начинается золотой век в истории Афин. Возводится Парфенон, развивается духовная жизнь благодаря философам Сократу и Анаксагору, историкам Геродоту Фукидиду, поэтам Эсхилу, Софоклу и Еврипиду.

431 год до нашей эры — Афины теряют политическое могущество в результате двух Пелопоннесских войн со Спартой, но культура продолжает развиваться благодаря Платону, Ксенофонту, Праксителю и Демосфену.,

146 год до нашей эры — вместе с закатом македонского царства Греция отступает на дальний план мировой истории. В Афины приходят римляне, которые украшают город на свой вкус. Кровопролитная война с римским консулом Суллой оканчивается в 86 году д.н.э. трёхдневным грабежом. После этого в составе византийской империи Греция принимает православие, а в 529 году закрываются все философские школы. В Афинах развивается византийское искусство.

1834 год — с XIII по XV век за власть над Афинами сражались рыцари Франции, Италии и Византии. В 1458 году город почти на 400 лет попадает под контроль оттоманской империи. Лишь в 1821 году в Греции начинается борьба за независимость, а спустя 12 лет Афины становятся столицей вновь созданного греческого государства.

1913 год — начало XX века для Афин отмечено войной с турками. По лондонскому и бухарестскому мирным договорам 1913 года, заключенным по результатам Балканских войн 1912-1913 годов, Греция почти вдвое увеличила свою территорию и население: на родину массово возвращаются афиняне и их потомки, изгнанные османами из Малой Азии.

1981 год — Греция вступила в Европейское Экономическое Сообщество, которое принесло большие инвестиции.

2004 год — в Афинах проходят летние Олимпийские игры, подготовка к которым помогла модернизировать инфраструктуру города. Закладывается Национальный музей современного искусства, который будет открыт лишь спустя 10 лет из-за финансовых трудностей. После Олимпиады большинство спортивных объектов оказались заброшены за ненадобностью.

Контактная информация | Публичная оферта